• alpivn

Я никогда вас не забывал

Я давно не живу в Сибири, много лет прошло, как уехал, но я вас никогда не забывал, и всегда желаю иметь с вами общение на нивах Божьих. Однажды ночью приснился мне сон: нахожусь я в дорогой сердцу Эвенкии, в поселке Тутончаны, где прожил восемь лет, вижу своих односельчан, и на сердце становится радостно. Проснулся, задумался: к чему все это? Встал на колени и попросил Господа исполнить желание моего сердца посетить Тутончаны, хотя понимал, что это нереально. В последнее время я нахожусь в Польше, к тому понуждает рот, как говорил Соломон (Притч. 16, 26); там тоже много духовного труда, там у меня три сына, один из них покаялся и принял крещение. Приехал я домой, в Волгоградскую область, через месяц позвонил Александр Егорович Эргардт, служитель из Сибири, и спросил, не хочу ли я съездить в Эвенкию, в этом есть настоятельная нужда! Господь услышал мою молитву! Когда-то Иосиф сказал одному человеку: «…вспомни же меня, когда хорошо тебе будет…» (Быт. 40, 14). Сейчас мне не просто хорошо, а весьма хорошо, поэтому я пишу эти строки. И вот я уже в пути. Из Москвы прилетел в Красноярский аэропорт Емельяново, а нужно в Черемшанку, только оттуда летят самолеты в Туру (мой следующий пункт назначения). Что делать в данной ситуации, я представлял себе весьма смутно. Выручила женщина. На мой вопрос, как улететь в Туру, она ответила эмоционально, но содержательно: «Беги скорей и меньше болтай, а то самолет улетит!» Я выбежал на улицу – никого нет. Господи, пошли транспорт! Подъехало такси, я сел и уже на ходу объяснил, куда ехать. Прибежал в порт и успел пройти регистрацию в последние минуты. Пошел на посадку, смотрю – стоит человек, черты лица до боли знакомые… Вгляделся и узнал в нем лесника, Николая Фокича, из родных Тутончан! Я от радости стал его обнимать, трясти (представьте его реакцию!). Он не сразу узнал меня, но, когда это произошло, высвободился из объятий, отошел, встал на расстоянии и молчит. – Фокич, ты чего молчишь? – Знаешь, Роман, я еще больше уверовал в Бога. Кого-кого, но тебя я не ожидал здесь увидеть! Летели вместе, вспоминали прошедшие годы. Мне этот человек по-особому дорог: сколько через него Господь отвечал на молитвы!

Из Туры отправился в Ессей к Алексею Рзянину, заменить его на время отпуска. Переживал, как все там будет, так как ехал туда в первый раз, но много слышал об этом поселке. Когда увидел жителей, понял: приехал не зря – они такие же грешники, как и везде, нуждаются в спасении и Божьей милости. Двое мужчин кололи дрова. Подошел, поздоровался, стал свидетельствовать о Спасении, о покое, который дает Господь. Один из якутов (его зовут Николай) сильно разволновался. Я спел ему песню «Ты мой Бог святой, Я к Тебе стремлюсь», сказал слово Христа: «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас…» Якут расплакался как ребенок, его стало трясти. Я обнял его, успокоил, помолился вслух. Он не выдержал, ушел. Что в его сердце, только Господь знает. Ко мне приходило много детей, отношения с ними сложились не сразу. Дети проникали на территорию дома молитвы без спросу. Закрывал калитку – они лезли через забор. Я увещевал их: «Можно постучаться и беспрепятственно пройти на территорию, пообщаться, помолиться». Но бесполезно. Интересно именно через забор. Лазали до тех пор, пока не наступила кульминация: я не выдержал, отругал их и выгнал, сказал, чтобы больше не приходили. Наступил следующий день, слышу, стучат. Открыл. Стоят с шоколадкой и бутылкой пепси в руках. – Простите. Можно войти? Мое сердце размягчилось: – Проходите. Потом мы часто читали Библию, пели песни; они любят попить чай с чем-нибудь вкусным, вот я им и готовил, что мог: то гренки пожарю, то чебуреки. О главном, конечно, не забывали. Бывало, придут: – Давайте попьем чай? – Нет,– говорю,– это не по-евангельски. Господь сначала проповедовал, а потом кормил. Давайте и мы будем так делать. Сначала послушаем, что скажет Господь, прославим Его, а потом Он нас накормит, как когда-то кормил и четыре и пять тысяч человек. Рассуждали с ними о распятии Христа, о Его страданиях, о том, что означают слова: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего…» Приходил Сергей, ему 14 лет, шебутной парень. Просит: – Дядь Рома, камеру покупаться! У Алексея есть большая резиновая камера, она предназначена для рыбалки и сделана, как лодка. Сергей объяснил свою просьбу тем, что якобы эту камеру мастерил его дядя вместе с Денисом, сыном Алексея. Я и дал, хотя Алексей предупреждал: «Ничего не давай, они назад не возвращают!» В разговоре по телефону я все рассказал Алексею. Он мне тогда ответил: все, мол, забудь, не вернуть камеры. В следующий раз я спокойно обратился к Сергею: – Сергей, принеси баллон. – Хорошо, сейчас. – И ушел. Вернулся без баллона. – Где баллон? – спрашиваю. Вот тут-то и началось: как он давай на меня кричать, ругаться! – Сергей, успокойся! Но он еще больше разошелся (они умеют выразить свои чувства). Убежал. Потом опять вернулся. – Ты что, Сергей, так ругаешься? Что я тебе сделал? Про баллон ничего не говорю, дал ему два чебурека. Он ушел, а я стал о нем молиться, просил Господа с ним поговорить. Утром Сергей пришел такой довольный, принес баллон! Я ему: – Ты сильно не радуйся. Я молился за тебя, это Господь услышал мою молитву, расположил твое сердце сделать хороший поступок. Наступило время мне улетать, а небо все в дыму от пожаров со стороны Якутии. Вечером мы с детьми помолились, чтобы вертолет прилетел. На следующий день встретил радостного Сергея. – Дядя Рома, вертолет летит! Это Бог помог! Я его обнял по-отцовски. – Жив Господь, перед Которым стою. – И я улетел в Туру. Теперь из Туры мы с братом Виталием на лодке пошли до Тутончан. Сколько радости было в моем сердце, когда по пути заехали в Учами! Встретил много знакомых, моих бывших учеников (когда мы жили в поселке, я подрабатывал учителем трудового обучения). Они вспоминали, как мы вместе делали лопаты, швабры, как помогали старикам, как вместе читали Слово Божье, пели,– хорошее было время!


Спросил их: – Вы хоть Господа вспоминаете, когда трудно? – Помним ваши молитвы! – отвечают.


И вот родные Тутончаны. Я шел по поселку, слезы катились по щекам. Неужели я снова дома? Зашли к соседу Николаю. Как всегда, все семейство в сборе на крыльце. Они не ожидали меня увидеть. Лариса, жена Николая, кинулась от радости мне на шею. Николай тоже крепко обнял меня. До двух часов ночи мы общались, всё вспоминали и вспоминали…

С утра пошел по домам, но старался не задерживаться в гостях, потому что времени мало, а надо обойти всех, мы по всему поселку развесили приглашения на богослужение. В одном доме произошла интересная беседа с дочерью моего бывшего ученика. Я ей рассказал о ее папе, как он когда-то без разрешения полез к станку и засунул туда палец, напугал всех. Я тогда сильно переживал: что будет с его пальцем? – Слава Богу, бабушка твоя на меня не пожаловалась, я ей за это очень благодарен! Бабушка сидела рядом, в свое время она много помогала нашей семье. Внучка ее не по годам умная. Я им свидетельствовал, девочка слушала, а потом сказала: – Позвольте мне с вами поспорить о существовании Бога. – Мы не имеем обычая спорить, но побеседовать на эту тему я всегда рад. Ты не обижайся, но Библия говорит: «Сказал безумец в сердце своем: нет Бога». Мы вышли на улицу, я стал приводить ей факты, говорящие о существовании Бога, на что она отреагировала кратко, но емко: – Это не аргументы. Я понял, что этого мало. – Даже сама Библия,– сказал ей в конце,– не доказывает существования Бога, она говорит только о фактах, о Его действованиях. А наши отношения с Богом построены на вере. Но независимо от того, веришь ты в Бога или не веришь, Он все равно тебя сильно любит! Я не ожидал ее реакции – девочка обняла меня и заплакала. Я сам растрогался, стал ее успокаивать, сказал, что не только Бог ее любит, но и папа, и мама, и бабушка. – Спасибо вам большое, что сказали мне об этой любви,– сказала она в слезах. Как же не хватает людям любви! В это время брат Виталий благовествовал и словом и делом. Виталий ремонтирует винты для лодочных моторов, а там как раз один сосед купил себе аппарат для сварки алюминия и никак не мог его настроить. Виталий не только помог соседу, но успел восстановить еще два винта, и научил пользоваться аппаратом. Мужчины в долгу не остались – угостили его рыбой. Народу на служение собралось, слава Господу, полный зал. К моему удивлению, дети слушали с большим вниманием. На призыв к покаянию никто не отозвался, однако волнение односельчане мои скрыть не смогли – Бог говорил к их сердцам.

Пришли мои ученики. У них уже трое деток, после собрания старшая дочь подошла ко мне: – Спасибо вам, что так интересно рассказывали историю об Иисусе Христе! Был на собрании еще один мой бывший ученик, Саша, внук Лилии Степановны. Мы успели с ним сходить на кладбище, где я вспомнил текст Писания: «Поминайте наставников ваших…» Рассказал Саше, что учился у Лилии Степановны ее безмолвию и кротости. Она наставляла меня своей жизнью и до конца оставалась верной христианкой. Я помолился у могилы дорогой сестры (она прожила 87 лет, для тех мест долгожитель). Утром мы выдвинулись в Туру. Спустились на реку, а там туман сплошной, ничего не видно. Пришли нас провожать сосед Николай с сыном, Фокич и другие люди. Грустно было расставаться. В суете забыли было помолиться, но Фокич напомнил: – Мы главное не сделали! Я сначала не понял, о чем он говорит, а потом сказал Виталию: – Молись!


Нас оттолкнули от берега. В тумане мы немного покружились, пока нашли нужное направление. Николай согласился сопроводить нас, заодно проверить свои сети. Потом смотрю, он проехал мимо нас, остановился чуть впереди и машет руками. – Наверное, рыбы хочет дать,– предположил Виталий. Мы приблизились. Николай спросил нас, куда мы едем. Я недоуменно ответил: – Как куда? В Туру. Он смеется: – Вы уже сорок километров в обратную сторону едете! Почти до Воронки доехали! Воронка – местная достопримечательность, место красивое, но опасное. Вот так и в жизни бывает: человек думает, что направляет путь, куда надо, а оказывается, совсем в другую сторону. Хорошо, если добрые люди вовремя развернут. Приехали мы поздно ночью, и я первым делом позвонил семье Николая, чтобы сообщить, что мы уже в Туре, еще раз поблагодарил за помощь,– ведь он из-за нас сделал лишних восемьдесят километров! Оставшиеся дни до самолета я старался провести с пользой: посещал по адресам знакомых, вновь напоминая о Господе.


В одном доме мне задали вопрос, не жалею ли я, что прожил восемь лет в глухом поселке? Я ответил: – Если бы я не жил с вами, то, может, и не состоялся бы как христианин. Потому что через ту помощь, которую вы оказывали мне и моей семье, вера наша становилась еще крепче. Вспомнил один момент из жизни на Севере. Сначала я прилетел в поселок один, без семьи. В то время там бушевал грипп, и у меня поднялась температура, меня лихорадило. Пошел в больницу, там никаких таблеток не было. Я усиленно помолился перед сном о выздоровлении и лег спать. Чувствую, температура поднимается еще выше. Укутался в одеяло – трясет еще сильней. Вдруг кто-то постучал в дверь. Первая мысль: «Кого еще принесло?» Открыл – стоит Лиля, местная, вся запачканная: «Я слышала, батюшка, ты болеешь. На, возьми»,– протянула мне таблетки и убежала. А таблетки в такой грязной обертке… Я стою, и слезы сами текут. Этой Лили уже нет, но ее поступок подсказал мне, что я не зря сюда приехал. – Сколько за восемь лет таких случаев было, не перечесть. Так через вас Господь укреплял мою веру. Я благодарен Господу за эти лучшие годы моей христианской жизни! И что было посеяно, точно не пропало. Р. Т. Осауленко